Language: Old Russian

хлеб-соль

Полный церковнославянский словарь прот. Григория Дьяченко:
Хлеб-соль
– у греков соль была священным залогом гостеприимства, так же, как хлеб-соль у славяно-руссов. Древние почитали соль за нечто священное, и Гомер посему называет ее ϑεῖον άλα (божественною солью), а другие греч. писатели ἱεροὺς ἅλας - священными солями. Соль употребляли они как очистительное средство и прежде всех кушаний поставляли ее пред гостем и странником. У римлян она была в таком же уважении и вместе с хлебом составляла главное кушанье. У восточных жителей соль была знамением ненарушимой верности и твердости союза (завет соли вечной, Чис. 18:19) не только между господином и слугами, но и между хозяином и гостями или странниками, которые разделяли с ним трапезу в силу священного устава гостеприимства. Так правители областей Заевфратских писали к Артаксерксу: «мы помним соль, которую вкушали в чертогах твоих» (T. Esdr. IV:14). Арабские разбойники в знак присяги ели хлеб с солью. Гванини свидетельствует, что псковичи, при вступлении москвичей в Псков, каждый пред своим домом поставили на столах хлеб-соль; ибо в Москве хлебом означалась ласка, а солью милость. Они тем умилостивили грозного Иоанна, который уничтожил Псковскую старину. Кнапский (Ad. 60) говорит, что: «хлеб у русских служит символом дружбы: прошу хлеба (соли) кушать; я у него хлеба ел: слова эти у разбойников в России свято хранятся; ибо они тех оставляют невредимыми, у кого хлеб-соль ели». (Slownik Iezyka Polskiege p. S. D. Linde. t. 1. Warsch. 1804, 4). Хлебосольство у русских связывало и поддерживало между соотечественниками, соседями и родными совет и любовь; хлеб-моль, говаривали они, – взаимное, отплатное дело – кинь калач (хлеб-соль) на лес - пойдёшь, найдешь. Основывалось же хлебосольство не на похлебстве и пристрастии, а на общении душевном и прямодушии, так что хлеб-соль кушай, а добрых людей слушай или хлеб-соль ешь, а правду режь. Хлебосольством славились и даже доныне славятся не только частные дома, но и многие св. обители; в одних охотно принимались и угощались приезжие, а в других давалась пища и пристанище странникам, особенно в праздники. В Стоглаве, гл. 52 о Троицкой Лавре сказано, что в ней «гости беспрестанные день и ночь». От сего-то человеколюбивого и благочестивого обычая произошла доселе сбыточная только в нашем отечестве поговорка: «на Руси еще от голода никто не умирал - в том смысле, что и беднейший всегда получал посильную помощь от бедного и богатого, разделяя скудную пищу первого и питаясь от избытков последнего (См. подробн. в кн.: «Русские в своих пословицах» Снегирёва).